lesnyanskiy (lesnyanskiy) wrote,
lesnyanskiy
lesnyanskiy

Categories:

Газимурский оверкиль. Дождь смывает планы



Начало Глава 1

Самый никакой день. 20 июня.
   «Дождь не прекращался всю ночь», – этим предложением я начинал очередную главу в различных своих туристических отчетах уже раз тридцать, наверное. Чуть реже у меня встречаются фразы: «Ветер не прекращался всю ночь» и «Снег не прекращался всю ночь». Самое ужасное, что не один я написал про дождь до утра и ветер, тысячи людей применили тот же штамп. А как бы хотелось чего-нибудь новенького:
    «Град хлестал по палатке, не переставая, всю ночь. К утру в крыше появилось 100500 дыр, через которые можно было бы увидеть звезды на небе, если бы не град…».
  А еще круче выглядело бы такое начало главы:«Солнце, не переставая, светило всю ночь»
    Но, что делать, если в эту ночь ни града, ни солнца не было, а просто лил обыкновенный  дождь. Впрочем, не таким уж и обыкновенным он был.
    Тогда еще вариант:
    «Люди спали, а я вышел в сапогах… Преодолевая. На берег реки.  Я слушал дождь, постигая одиночество,  я видел  лужи, капли, брызги – их не сосчитать. И это потрясло. Потрясло лично меня, покорившего многие стихии. Помните,  у Габриэля Маркеса – не переставая,  шумит дождь, а полковник сидит в кресле и жует листья. Листья коки. Вот и сегодня. Я стоял, впитывая вечность и вспоминая покоренные мною и моими друзьями фьорды Патагонии. Это было не просто – волны, ветер и целых десять долларов за билет. На прогулочный катер. Я вспоминал грифов тибетского кладбища, доедающих человеческие трупы. Мы помогли этим людям тогда, помогли и сейчас. Все случилось. Я смотрел и думал –  Маркес потрясающ».

   Нет, надо все же как-то попроще:
   Дождь, не прекращался всю ночь. Но это было уже не важно. Беда состояла в том, что наступило утро, а с неба  все еще поливало с прежней силой, и признаков перемены погоды не наблюдалось. Это был обложной классический бесперспективняк.



Река начала пребывать, все промокло – земля, листва, трава и даже воздух были насыщены влагой.  Правый берег Газимура затянуло серой пеленой, и, соответственно, ориентиры, указывающие примерное местонахождение Кучугайской пещеры, тоже не были видны.





Представить себе сейчас поход на тот берег, по лесу, на склон горы в поисках пещерного входа… Да, это легко было вообразить, но осуществлять практически ни у кого желания не возникало. А времени пережидать непогоду у нас совсем уже не было.

    Деревня Кучугай стояла на просторном, открытом месте. Но сегодня следов от него ничего не осталось, во всяком случае не осведомленный человек даже и не догадается, что здесь находилось село.



Ровное место, и лишь скромный памятник со звездой заметен издалека.



    Обелиск установлен в центре Кучугая в память о пятнадцати безымянных коммунарах, расстрелянных безымянными кулаками в 1930-ом году, на что указывает небрежная табличка с корявой надписью.



    Однако фактически это памятник ужасному периоду советской истории, когда большевики под флагом коллективизации стали творить беспредел – насильственные хлебозаготовки, коллективизация и раскулачивание.  Крестьяне, вначале поддержавшие или сочувствующие Октябрьской революции, в начале мая 1930 г потеряли терпение и подняли восстание под лозунгом «Долой коммунистов-диктаторов» и «Советская власть без большевиков!». Оно началось в полдень 5 мая 1930 г  в селе Аркия. В село Кучугай повстанцы прибыли в ночь с 5 на 6 мая 1930 года. Застрелили председателя Ленинской коммуны Семена Шестопалова и его отца. На этом расправы не закончились. В ту ночь было убито еще девять человек. А 8 мая 1930 года расстреляли еще двоих. Восстание охватило также села Кактолга,  Усть-Начин, Урюпино, Зерен и целый ряд других. Численность повстанцев была 370 человек, причем более четверти из них ранее сражалось в партизанах или в Красной Армии. 80% восставших являлись середняками и только 5% можно было отнести к кулакам. Так что на памятной табличке видимо есть неточность.
   Беспорядки продолжались ровно два месяца, к его подавлению были привлечены регулярные войска и 4 июля 1930 г восстание было официально ликвидировано, но выявление участников и аресты продолжались до 1937 г.
Источник: http://www.encycl.chita.ru/encycl/concepts/?id=5123 © Энциклопедия Забайкалья

    Не обращая внимания на проливной дождь, Игорь отправился на раскопки. Он из тех людей, кто интересуется историей, знает множество нюансов и, казалось бы, в чистом поле запросто может определить места, где стояли простые дома, магазин или церковь. Более того, он сразу заметил, что прежде уже кто-то рылся на этом поле с теми же целями, причем работали профессионалы. Когда поиски артефактов ведут опытные копатели, у всех последующих искателей шансы найти что-нибудь  ценное снижаются.



   Однако на этот раз Игорю повезло, в одном месте он откопал сразу более десятка серебряных монет 1913 -16 -х годов.



    – Первый раз у меня такая находка, – говорит Игорь. – Бывает, найдешь монетку… , а тут чуть ли не целый клад. Судя по всему их нарочно кто-то припрятал в свое время. А по очертаниям места, где стоял дом, похоже, что это был либо магазин, либо какой-то склад


   В полдень мы торжественно и с большим удовольствием съели пойманную Игорем и зажаренную Колей рыбу, которая вчера чуть было не доставила всем нам проблем.
    Облизав пальцы, и еще раз проверив состояние погоды, мы окончательно капитулировали перед Кучугайской пещерой и стали собираться к отплытию.

    Отчалили в три часа дня. Через полтора километра прошли мимо того хутора, к которому так рвались вчера. Два дома, дым из трубы, тарелка спутникового ТВ. Ну и хорошо, что не доплыли, – сегодня почему-то совсем нет желания приставать и общаться.

    Следующую ночевку наметили в устье р. Кутя. До него 12 км и там есть зимовье.

     Погода по-прежнему мрачная.  Низко над горами плавают клочья тумана и навевают тоску. Дождь не прекращается.




    Уже в первые пятнадцать минут моя куртка снова промокла насквозь. А те капли, что не попали в меня, бьются об воду, образуют при этом миллионы крошечных всплесков, будто отскакивают от поверхности.

    Река после Кучугайских разливов вновь собралась в узкое русло, зажатое крутыми скалистыми склонами и обрывистыми каменными стенами. Чаще стали встречаться небольшие перекаты и шиверы – не сложные для прохождения на байдарке,







    Вода в реке помутнела, это и понятно: все пересохшие ручейки резко вдруг ожили и потекли со всех склонов, а малоприметные боковые притоки вообще вздулись, забурлили и просто вздыбились и бурлящими мощными потоками понесли свои желто-бурые воды в Газимур. Уровень реки поднялся, но пока еще не на много. Основная прибыль должна произойти следующей ночью.

Рощицы черноствольной березы встречаются по берегам










    В начале 20-го  часа дошли до Кути и нашли зимовья. Их два – старое и новое. А сама Кутя выглядит страшно – озверевшая, ручей не перейти.

    Расположились в свежем, еще не полностью  достроенном доме, а в старой избе, на печи варим гречку с тушенкой да сушим вымокшую одежду.

    Появились ремонтные дела – Володя последние два часа сплава был вынужден постоянно приставать к берегу и покачивать  лодку.  Долго искали откуда травит.  Пришлось даже заносить лодку в дом, накачивать до отказа и слушать в тишине, где свистит. Наконец обнаружили крошечный порез.



*  *   *

…Ну вот, дырочка заклеена, ужин на столе, теперь можно и «по чуть-чуть».  И только так, потому что эта бутылка у нас, как ни странно последняя.



… Но зато и дождь, наконец, перестал. … Хотя я не совсем уверен, что это лучше, чем если бы обнаружилась еще одна бутылка. И как же без нее писать теперь  продолжение рассказа!? J

Водки больше не было, хоть вешайся…





Самый обычный день. 21 июня
   Утро тоже было невыразительное – ни дождя, ни солнца, ни тумана. Просто пасмурное и серое. Правда чуть позже солнце все же вылезло из-за туч, и я сделал пару снимков.

В устье Кути




    Как и следовало ожидать, Газимур поднялся на пол метра и вода продолжала прибывать. Соответственно сильно выросла и скорость течения. Теперь даже без весел за час легко было пройти сплавом 6-7 км.



   До подвесного моста нам оставалось проплыть примерно 12-14 км, и на этом наш сплав будет завершен. Река все также зажата горами, чаще, чем прежде течение осложняется перекатами и шиверами, и вообще плыть одно удовольствие.




    Жаль расставаться с такими дикими, чистыми, не испорченными местами. Тут даже березы стоят целехонькими, стволы не тронуты огнем и с них даже не ободрана береста, как обычно повсюду.


   За три часа мы видели четырех косуль. Мы и в предыдущие дни встречали этих рыжих маленьких оленей – гуранов или диких коз, как их зовут в Забайкалье. Пару раз они подпустили нашу лодку на расстояние всего лишь 25-30 метров.


Около 14 часов дня дошли до моста. От этого места до границы с Китаем всего несколько километров.





  Лёша и Михаил уже прибыли и ждали нас.




*   *   *

  Стали собираться, сдувать лодки, стаскивать вещи… Пообедали.







   И тут на другой стороне реки к берегу подъехали две машины. Подвесной мост пешеходный, является частью дороги, идущей вдоль контрольно-следовой пограничной полосы (КСП), автомобили через Газимур в этом месте переезжают через брод. Но вода поднялась уже на метр, и даже для ГАЗ-66 водное препятствие стало непреодолимым. Вежливые люди, которым очень нужно было перебраться на правый берег, деликатно попросили нас о помощи. Вот тут и пригодились наши альпинистские веревки, карабины и восьмерка. Коля, как опытный турист и в прошлом сотрудник поисково- спасательной службы, быстро придумал, как переправить через реку УАЗик. Вначале перетащили на веревках трос. К УАЗику подвязали накачанные камеры.






Затем с одной стороны буксиром стал наша «буханка», а с того берега страховал ГАЗ-66 (чтобы  УАЗ  просто-напросто не унесло вниз течением). Не без труда, но в итоге благополучно завершили спасательную операцию.






И только в 18:30 мы, наконец, поехали вдоль границы в сторону погранзаставы Урюпино.
Решили еще одну ночь провести в лесу, и проехав 15 км, вечером поставили прямо на дороге.




Самый длинный день. 22 июня.

    22 июня –день летнего солнцестояния, самый длинный день в году. Но наше 22-е июня продолжалось намного дольше. Он длился целые сутки, и захватил еще и ночь, и утро 23-го числа.  А началось все с того, что поднялись мы в пять часов, потому что впереди был очень долгий путь: 350 км до Газзавода и еще 500 км до Читы.
   В это трудно поверить, но градусник в этот час  показывал всего лишь 4 градуса тепла.  Но не это было самым ярким впечатлением того дня.

   Очень запомнилась КСП и дорога вдоль нее. Не всякий лазутчик рискнет пробираться через колючую проволоку и дичайшие заросли.



И ни один вражеский автомобиль не сможет проехать по грунтовке вдоль КСП, только наши российские вездеходные автомобили типа УАЗа или «Урала» могут это сделать. Лет тридцать назад и КСП выглядела иначе – это была расчищенная от леса, мелко распаханная полоса. Сейчас, по-видимому, применяются более современные, прогрессивные скрытые методики контроля за пересечением границы.
   А вот здание погранзаставы в Урюпино сохранилось в неизменном виде с советских времен. Но, возможно, это государственная тайна, поэтому не будет ни подробного описания, ни фото.  А китайскую тайну я раскрою: они посторили на правом берегу Аргуни свою пограничную заставу, которая выглядит, как небольшой торговый центр в Манчжурии.

    Еще одно впечатление – это полностью сгоревший лес вдоль границы. Верховой пожар в этом году уничтожил 12 или даже 15 тыс. гектаров тайги. Говорят, пограничники едва отстояли нашу заставу. В то же время, правый берег Аргуни совершенно не тронут огнем. Местами дорога, по которой мы ехали до Урюпино, проходит в 500 м от границы и китайскую сторону прекрасно видно. Там нет ни одного сгоревшего дерева.
  Спрашиваю у Алексея:
   – Какое твое мнение по этому поводу? Почему у нас в крае столько лесных пожаров?
   –  Диверсанты орудуют, – отвечает Лёша, – нет другого объяснения...

   От Урюпино до Будюмкана дорога такая же плохая. Много непролазной грязи.  В какой то момент боковой крен нашего УАЗа настолько был велик, что стало не по себе. Но обошлось.
  От Будюмкана до Газзавода доехать уже не составило проблем.  В райцентр мы прибыли во второй половине дня. Затем перегрузили вещи и выехали в Читу.
  Вечером, на закате сделали небольшой привал на р. Унде возле деревни Жидка. Остановились мы очень вовремя, когда огромная туча, подсвеченная солнцем,  повисла над степью, а в дождевом дождевым шлейфе, свисающем до земли, засветилась радуга.







И в завершение два еще снимка с Унды

Старичная  протока


Ужинаем на природе, и дальше уже без остановок до самой Читы.



   Ну вот, вроде бы и все про «газимурский оверкиль».  Но, кажется, чего-то не хватает…
   У Вас, читатель, наверное сложилось впечатление, что поход наш вышел заурядный, без трудностей, в нем нашлось места для подвига и героических поступков.  Это из-за того, что в рассказе я описал все честно и достаточно подробно. А вот если бы я сочинил стихи… В стихах всегда есть место подвигу.

    Исследуя графоманское стихотворное творчество и читательскую реакцию на него, я сделал для себя одно любопытное открытие. В России всякий даже совершенно пустой, примитивный или вовсе глупый текст при условии, что он записан столбиком, имеется поэтический ритм и зачатки рифмы, одной  уже только своей формой вызывает гипнотический эффект у неискушенного и неразборчивого  читателя. Мало кто вникает в содержание. Потому что в силу школьного воспитания у нас в стране любые стихи априори считаются Божьим даром избранных. И никто не вдолбил разницу между рифмоплётством и поэзией.
    Набор нужных слов, стихотворный размер, несколько намеков на трудности и подвиг, чуть-чуть рифмы. К этому добавить пафоса – «рюмки две, не больше…, лучше три. Ну, можно и четыре. Все, как следует помешать…» (с). Все, ты герой, полная иллюзия!


Берег Газимура
Галечная крепость
Из воды дорога -
На восток стезя

 От байдарки весла
Прочные, как руки
Бешеная гребля
С ночи до конца

Гибельные раны,
Лечены искусно,
Берег Газимура
И над ним луна

Всякие занятья
От росы до мрака.
Вороненой стали
Дуло калаша

Стоя у границы,
Ощутить опасность,
Высушив все слезы­ –
После катастроф

Помогая слабым,
На реке великой
Обретая мудрость,
Чтя завет отцов

*   *   *

Подойти к обрыву
Стринги снять и прыгнуть,
Измеряя пяткой
Илистое дно

Стоя по колено,
Чувствуя поэтом,
Но не понимая,
Что стихи – говно



Ну, а вот, пожалуй, теперь все.  Можно ставить точку J.

p.s. И зачем, думаю, надо было писать весь длинный текст?… Одного стихотворения было бы достаточно.
Tags: Газимур
Subscribe

Posts from This Journal “Газимур” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 20 comments