October 21st, 2010

выставка

ПВД по КБЖД или Вагон Терпимости

   ПВД - это поход выходного дня, а КБЖД – это знаменитая «Кругобайкалка» – железная дорога, построенная в начале XX века вдоль берега великого озера. Она соединила две части Транссибирской магистрали, разделенные Байкалом и хребтами, окружающими его. Строительство КБЖД в сложных горно-геологических условиях потребовало оригинальных инженерных решений, огромных трудозатрат и финансовых вложений из-за чего дорогу очень образно назвали «Золотой пряжкой стального пояса России».



     Сегодня основная ж\д трасса идет напрямую из Иркутска в Слюдянку, минуя Байкал, но Кругобайкальская дорога продолжает эксплуатироваться. По ней курсирует рабочий поезд «матаня», развозящий продукты по нескольким прибрежным деревням. Но, главным образом, КБЖД теперь – туристический объект. Красивые мосты, подпорные стенки, изящно выложенные из грубо обтесанного камня, эффектные многочисленные тоннели и защитные галереи, коих по маршруту длиной примерно 90 км насчитывается несколько десятков, и, конечно же, шикарные виды Байкала – это то, что привлекает сюда любителей природы, старины и инженерной архитектуры.
Collapse )





Мосты у станции Половинка


     Немало туристов ходит вдоль КБЖД пешком с рюкзаками и палатками, но на такое путешествие нужно как минимум несколько дней и некоторую подготовку, а вот туристический поезд, который курсирует между Слюдянкой и портом Байкал четыре раза в неделю круглый год доступен всем желающим. Это и есть ПВД, который теоретически не предполагает никаких физических усилий. Покупай путевку примерно за 1300 руб., тебя рано утром из Иркутска увезут на автобусе в Листвянку, оттуда на теплоходе за 20 минут доставят в порт Байкал, что на другой стороне истока Ангары. А дальше садись да посиживай в комфортабельном вазоне электрички, слушая гида и глазея либо в окно, либо в телевизор, где крутят фильмы про байкальских нерп и медведей. Или никуда не смотри и никого не слушай, а просто наливай да пей с друзьями всю дорогу.

     На станцию Слюдянка поезд приходит около восьми вечера, а затем к 23 часам доставляет отдыхающих обратно в Иркутск уже по Транссибу. Все то же самое: глазеть, слушать, наливать да пить можно и в обратном порядке: Иркутск - Слюдянка (утром) – КБЖД - порт Байкал – Листвянка (паром) – Иркутск (автобус поздно вечером).

     Короче говоря, физических напряжений – никаких. В этом я убедился. Но не нужно забывать, что для ПВД по КБЖД могут понадобиться усилия другого рода – психические. И в этом я убедился тоже. Могу сразу сказать, что я лично морально ничуть не пострадал и остался вполне доволен маленьким культурным путешествием, но, по моим наблюдениям, в конце воскресной прогулки были в нашем вагоне и утомленные туристы.




Вагон терпимости



     По телефону, еще не выезжая из Читы, я договорился с организаторами, что присоединюсь к туру на конкретном причале в Листвянке, куда в воскресенье к 10 утра всю основную группу привезут на автобусах из Иркутска.
     С вечера я обдумывал предложение Осиповых, у которых ночевал в Листвянке, дать мне тулуп и валенки для того чтобы я смог договорившись с машинистами, ехать с фотоаппаратом на передней площадке тепловоза и не околеть там. Утром я отказался от этой идеи и вскоре убедился, что правильно сделал.

     К причалу один за другим подъехало несколько туристических автобусов, и теплоход заполнила пестрая и праздничная шумная толпа. В валенках и тулупе я бы смотрелся в ней не очень гармонично. Тем более, когда мы переправились в порт, к месту посадки в вагоны, я увидел, что туристический поезд – это современная обтекаемая электричка, и у тепловоза вообще нет никакой наружной площадки.
     Шумной толпа выглядела в основном из-за группы шестиклассников с несколькими учителями. К вечеру я выяснил, что школьников было всего одиннадцать человек, но всю дорогу казалось, что их минимум пятьдесят.

    В составе было три вагона и конечно мое место оказалось во втором – в том же, куда сели все пятьдесят одиннадцать школьников, причем, в непосредственной близости со мной. Надо ли говорить, что дети тут же начали что-то делить, доставать еду, носиться по вагону, отбирать друг у друга термос. (Половина взрослых, кстати, занялись ровно тем же, но, только, степенно и без визга). Поезд еще не успел тронуться, а мои соседи – молодая пара – бросились искать тихое место в вагоне. Они ушли, и тут же на их место попросилась другая, еще более молодая пара: «Тут свободно? Можно мы сюда сядем, а то там невозможно находиться из-за детей». – «Садитесь, пожалуйста, - удивился я, - но буквально только что отсюда ушли парень с девушкой по этой же причине».




     Разумеется, когда поезд тронулся, и гид по радиосвязи стал что-то говорить, ни единого его слова разобрать было нельзя.

     В первом вагоне тоже никто не слушал гида и не интересовался видами за окном. Тут с первых же минут «экскурсионной» поездки стартовала запланированная коллективная пьянка. Шикарная, кстати говоря, идея – передвижной пикник на Байкале. «Их же абсолютно ничего не интересует. У них корпоратив!», - вскоре жаловался машинистам один из сопровождающих от турфирмы.



     В течение светового дня, до тех пор, пока можно было что-то фотографировать, я практически не сидел на своем месте. Машинисты тепловоза разрешили мне находиться в кабине, и там почти все время движения поезда я и провел. Состав идет очень медленно: 20-25 км\час, и некоторые кадры удается снять через открытое окно тепловоза, но есть много возможностей и для более вдумчивой неторопливой съемки во время многочисленных остановок, которые поезд делает в самых интересных местах. Можно выйти, прогуляться, послушать, что рассказывает экскурсовод.








Рыбацкий залив




   Одна из плановых остановок - Итальянская подпорная стенка. Это – одно из самых примечательных сооружений Кругобайкалки и ее символ.










     Времени для прогулок достаточно, при этом самая долгая стоянка (более полутора часов) - на станции Половинка в середине пути. Тут было время поесть пельменей в местной закусочной под рюмочку настоящей домашней кедровой настойки. Самые разгоряченные залезли окунуться в Байкал. На пляже группа самодеятельного хора пела народные песни и водила хоровод вокруг какого-то дедушки. Чуть позже я узнал, что оказывается они - тоже пассажиры нашего второго вагона.

     Все дети, какие были в поезде и многие взрослые облазили старый паровоз-памятник, стоящий на станции, а пацаны успели сбросить с моста в воду около ста килограммов камней. Мосты, между прочим, на станции Половинка очень примечательные: один каменный арочный, другой ажурный железный.


Деревенька Половинка










     В Половинке совсем немного домов и по не очень внятному пояснению одной из старожилов – 71-летней бабы Капы в поселке живет всего лишь двенадцать семей. Капу мы встретили возле единственного в селении, но очень востребованного ларька, торгующего пивом. В нем она только что приобрела заветную банку «Балтики», а затем подсела на завалинку к своей подруге – малоразговорчивой 80-летней тете Оле. Вскоре к ним, пошатываясь, присоединилась Олина племянница, поведавшая со слезой о своей тяжелой судьбе: «Папа по весне умер, ее брат. Потому и пью…».













 

    Ключевым пунктом маршрута является Тоннель №18 "Киркирей 3", где в сентябре 1904 года произведена стыковка Великого Сибирского пути и забит последний костыль, о чем и выбита надпись на мраморной табличке.




   Кровля тоннеля является отличным обзорным местом, откуда ткрываются хорошие виды на Байкал.









     Благодаря машинисту Владимиру и его помощнику Евгению я узнал чуть больше, чем это было возможно. Меня заранее предупреждали, например, о том, что «сейчас будет тоннель, через который хорошо виден следующий». Проезжая мимо шикарной ведомственной дачи железнодорожников, состав чуть притормозили, чтобы я успел ее сфотографировать роскошную заимку.





   Потом Владимир показал пень на склоне, из которого вырезан истукан, и сказал, что сейчас остановимся и я успею к нему сходить. Я поднялся к истукану и обнаружил, что с этого места можно сделать неплохой кадр Кругобайкалки. Точнее, можно было бы... если бы не такое жесткое солнце. Надо будет теперь обязательно вернуться сюда как-нибудь еще раз..








     Стало смеркаться, а дистанция КБЖД заканчивалась и выходила вскоре уже на Транссиб. Я сделал еще несколько снимков, поблагодарил машинистов и пошел к своему месту.







   В первом вагоне пикник, похоже, пошел на спад, и часть отдыхающих уснула, положив головы на стол. Кто-то, заметив мой большой фотоаппарат, поинтересовался: «Вы снимаете для газеты «Иркутская новь?» - «Для журнала «Иркутская земля и глина»», - отшутился я.

     В нашем втором вагоне ничего не изменилось: все тот же шум и гам. Молодые пары, пересевшие в самом начале, вернулись на свои места; их об этом попросили проводники в связи с тем, что пути пассажиров в вагоне прибавилось.



     В Слюдянке электричка немного постояла и тронулась в Иркутск. Экскурсионное сопровождение больше не требовалось, поэтому по телевизору на всю громкость проводники включили караоке с отвратительным звуком. Неутомимым детям стало плохо слышно друг друга, и они взялись кричать громче, как на школьной перемене. В это время самодеятельный хор из шести или восьми солисток, подпевавших сперва под телевизор, разочаровался в предложенном репертуаре (типа «Птица счастья завтрашнего дня»), и перешел на собственный – народный. Телевизор не сдавался, но женщины своими стройными напевами легко заглушили его динамики и по силе звука почти вышли на уровень школьного шума. Войдя в раж, солисты хора принялись в ритм своего пения колотить ложками по столу и греметь, как литаврами, металлическими кастрюлями, освободившихся от еды. Однако это не принесло пенсионерам акустической победы над учениками, которые, в свою очередь, адекватно прибавили криков и визга. Мои соседи стали хвататься за голову, сходя с ума от этой какофонии, и уже не понимая, кто больше истязает их барабанные перепонки: дети или взрослые. Другим соседям в конце вагона периодически становилось душно, и они отворяли окно, через которое врывался ледяной воздух, добавляя свою порцию неудобств во всеобщий хаос.

     Сам себе удивляюсь, но почему-то меня все это лишь забавляло, а вовсе не бесило. «Давайте радоваться, что снами на экскурсию не поехал духовой оркестр и ансамбль бального танца из дома культуры!» - предложил я соседям. Это противоядие сработало, а в 23 часа я сошел на станции Академическая, чуть раньше конечной станции...

     Я хочу думать, что поездка -таки закончилась благополучно: без кровопролития и самоубийств.