lesnyanskiy (lesnyanskiy) wrote,
lesnyanskiy
lesnyanskiy

Categories:

В гостях у Шпиленка. ч.2

Начало - ч.1 здесь

Где живет Шпиленок
    Брянщина – одна из самых густонаселенных областей в России. Но место где живет Игорь Шпиленок, можно смело называть глухоманью. Маленькая деревня Чухраи находится в 30 км от Суземки, как раз на границе степной зоны и большого лесного массива, где расположен заповедник Брянский лес. Вообще ландшафты Брянской области – на три четверти степи и лесостепи, остальное – легендарные брянские леса – густые и дремучие, с уникальным по разнообразию растительным и животным миром. Игорь Шпиленок родился в этом краю, все детство и юность, как он говорит, провел в лесу, наблюдая и фотографируя природу. А в 27-ми летнем возрасте возглавил фактически им же созданный государственный заповедник. Чтобы жить поближе к работе, перебрался в полузаброшенную деревеньку, в которой почти не осталось жителей, и построил в ней большой каменный дом для своей семьи.
 
   От станции Суземка мы едем на север из степной зоны к брянскому лесу. Дорога вначале широкая и ровная, накатанная.  Идет она через заснеженные поля, пересекает долину р. Нерусса. Проезжая по мосту, останавливаемся, чтобы сделать снимок. Падают снежинки, по воде плывут комья снежной шуги, в темной воде отражаются голые деревья.

1. Р. Нерусса


Но это еще не вся красота. Мы сворачиваем на проселок,  углубляемся в непроглядный густой лес

2. Сосновый брянский лес


Кстати, как раз на этой машине Игорь неделю назад провалился в озеро .

   Во время Великой Отечественной войны эти дремучие места стали домом для десятков тысяч советских партизан на оккупированной немцами территории. В лесу сохранились партизанские землянки. Именно здесь в 1942 г. была написана песня, ставшая гимном Брянского края, о чем свидетельствует эта стела.




    По пути в Чухраи мы минуем несколько деревень. В одной из них Игорь показывает мне школу, куда он или жена за 12 км  каждый день отвозят своих детей на занятия. В сельской школе учителей работает больше, чем учеников.

    А дорога по лесу к Чухраям – это отдельная история. Раньше по ней до деревни можно было добраться едва ли не на тракторе. Девять топких, глубоких луж и ручьев на пути служили коварными ловушками для джипа. В течение десяти лет Игорь вручную методично ремонтировал дорогу – укладывал трубы, засыпал ямы грунтом, который выгребал с обочин, подсыпал, выравнивал насыпь. Отправляясь на работу в заповедник, брал с собой лопату и ежедневно минут по 40-50 занимался дорожно-строительной утренней зарядкой.

3. Один из девяти участков, отсыпанных вручную


    Теперь до Чухраев можно доехать и на «Жигулях». Но когда выпадает снег, – это новая забота. Игорь тогда цепляет к машине большое бревно и тащит его за собой по дороге, утрамбовывая и заравнивая ее.

    Где-то  немного не доехав до места, я увидел лося, спокойно перешедшего дорогу. Игорь отнесся к этому совершенно невозмутимо, - типа, а почему бы тут лосю не ходить, на то здесь и созданы вокруг всего заповедника дополнительные охранные зоны. «У меня, - говорит Игорь, – дома во дворе чуть ли не скотный двор – из лесу звери выходят подкормиться. Особенно кабаны наглые, да еще и агрессивные – считают двор своей кормушкой. Прошлую зиму детей из дома без взрослых не выпускали. Сейчас снег выпал, – снова припрутся из лесу. Они подбирают просыпанный на землю овес, которым коней кормим. Да я им еще и так подбрасываю корма, чтобы не голодали». У Игоря свое целое хозяйство – и кони есть, и коза….

4.


    В приближающихся сумерках мы приехали в Чухраи. Уже был виден большой дом краснокирпичный дом Шпиленков на краю деревни. Мы остановились, чтобы я мог сделать несколько кадров, но вообще-то было уже темновато для фотосъемки. Хотя и в сумрачном свете  выглядело селение очень фотогенично. Действительно, дома похожи на семейские, особенно те, у которых покрашены и фасады и заборчики.

    Деревня показалась не такой уж и маленькой, но практически обезлюдевшей. Кроме Игоря с женой Лорой Вильямс и двух их сыновей, в Чухраях остались жить лишь еще две неполные семьи стариков. Остальные дома стоят опустевшие, у многих давно провалились крыши. «Полвека назад в брянском лесу были разбросаны десятки малых населенных пунктов, – рассказывает Игорь, – но после индустриализации лесного хозяйства жизнь в них потеряла экономическую основу, и люди разъехались в поисках лучшей жизни. Теперь в полузаброшенных деревеньках доживают свой век старики, ведущие натуральное хозяйство».

5.


6.


    Вот в этой «лесной глуши» Игорь Шпиленок построил свой дом, и не собирается менять место жительства на какой-нибудь город. И жену Игоря – американку Лору  здесь тоже все устраивает. Вообще, лично у меня этот факт вызывает дополнительное, еще более сильное уважение и к Игорю и ко всей его семье. Причем, если говорить о семье Шпиленков в широком смысле, то нужно обязательно сказать и о двух старших сыновьях Игоря, и о его братьях Игоря и о 80-летнем отце – все они связаны с природоохранной деятельностью, с работой в заповедной системе. Старший Петр Шпиленок в свои 80 лет работает инспектором в «Брянском лесу» и ходит так, что молодые инспектора за ним не поспевают. Машина у него есть, но он предпочитает в гости к Игорю шагать пешком в любую погоду. А живет он от Чухраев в десяти километрах. Вот, с кем я хотел бы познакомиться, но, жаль, не представилось случая.
    Вечером, к ужину зато приехал Тихон Шпиленок – старший сын Игоря, директор Кроноцкого заповедника. Сейчас, в январе на Камчатке у потенциальных браконьеров «каникулы», и у работников заповедника тоже отпуска. Тихон приехал с женой и сыном. Мы весь вечер общались, я наслушался захватывающих историй в том числе и о работе инспекторов, и о фотографах, и вообще узнал многое о людях, охраняющих природу.
    Вот, например, почему у Игоря Шпиленка дом каменный, а не деревянный? Оказывается, местные браконьеры, пытавшиеся поначалу (после организации «Брянского леса»)  далее хозяйничать в лесу, неприкрыто угрожали Шпиленку «репрессиями» и пожарами. Но эти люди в итоге плохо кончили, а с Брянским лесом теперь все хорошо.
    А история про то как отбивали у преступников Южно-Камчатский федеральный заказник, находящийся под управлением Кроноцкого заповедника, бывший до 2006 г. натуральной браконьерской базой под очень высокой прочной «крышей». Это была, фактически, война. Но о ней, пожалуй, лучше самого Игоря Шпиленка никто не расскажет….

    Всего только вечер общения, и я уже прикоснулся к Брянскиму лесу. И не только он, но даже и Камчатка мне стала как-то ближе, хотя на самом дальнем востоке я никогда не был.
    Короче говоря, не зря я приехал в Чухраи.
    Кстати, мы еще и в бане попарились с дубовыми вениками!

    А утром я отправился снимать полузаброшенную деревеньку. Но об уже этом завтра расскажу, с фотографиями. Обещаю!

7. Дом И. Шпиленка в с. Чухраи


Продолжение Часть 3

Tags: Брянский лес
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 27 comments