lesnyanskiy (lesnyanskiy) wrote,
lesnyanskiy
lesnyanskiy

Category:

ГОБИЙСКАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ - 2007. Часть вторая

ЗАПИСКИ ВОСЬМОГО,
часть вторая

Начало здесь



18 августа. 2-й день маршрута
Груз, пыль, зной и говь

    Дома Надя меня постоянно укоряла:
  - Закрой кран, экономь воду, ты, геолог!
  - У нас, в Забайкалье воды хватает. Пусть ее немцы экономят. Да и счетчика у нас нет.
   - Это депутат говорит!? Тогда, что же от других можно требовать? Закрой кран и не позорься. Надо тебя в пустыню куда-нибудь на перевоспитание...
    Но, беречь воду я так и не научился...


    После выхода на маршрут наступил режим жесткой экономии. Были известны координаты источников и просчитаны расстояния "от воды до воды", исходя из чего, мы везли с собой необходимый запас.
   - С водой теперь поаккуратнее. Умываться и чистить зубы давайте будем только на источниках. И следите, сколько вы пьете, - внушал всем Сергей.

    В шесть утра, когда мы вылезли из палаток и обнаружили лед на велосипедах, было холодно, и пить не хотелось. Но уже к 10 часам жара достигла градусов 30-35, и чувство жажды проявило себя в полной мере. Экономя воду, я пил очень мелкими глотками и подолгу держал их во рту.
    Дорога спускалась с горного хребта в долину, и внизу нас ждала (ждала ли?) река, а в голове засела неотвязная мысль, что скоро можно искупаться.
Пейзажи сменяли один другой, и некоторые участки были по-настоящему красивы.



    Дорога постепенно ухудшалась. В горах она была твердой и каменистой, но по мере снижения стали появляться протяженные рыхлые интервалы очень мелкой дресвы, в которой увязали колеса, и терялось равновесие. Огромный лиловый синяк больше недели красовался у меня на бедре после одного из падений.




     Но это было еще полбеды. Когда дорога пошла по песчаному сайру, стало совсем грустно. Я падал через каждые десять метров, набил педалями ноги и отстал от более ловких товарищей, укативших вниз. Видимо неспроста пассажиры УАЗа, встретившиеся нам как раз перед этим участком, повели себя несколько странно. Мы коротко пообщались на неизвестных друг другу языках, потом стали прощаться. Монголы говорили какие-то слова, и по их лицам и жестам можно было понять, что это пожелания доброго пути. Но тут одна из теток что-то добавила, и вся компания дружно и недобро рассмеялась.
Мне было совсем не смешно. Даже верблюды, красиво разгуливающие по пескам на фоне красных слоистых скал, не могли поднять моего настроения. Я сфотографировал их без всякого воодушевления, кое-как удерживая велосипед одной рукой. Положить его на землю и лишний раз поднять с тяжеленным рюкзаком уже не хотелось. Интересно, как быстро ушли силы в песок: еще буквально полчаса назад, я чувствовал себя превосходно и радовался жизни, а теперь вдруг главной целью моего существования стало доехать до реки и упасть в нее, или хотя бы просто смыть пыль и пот с лица. Никогда раньше я так не грезил о воде. И это всего лишь на второй день пути! Вот каким способом надо воспитывать у людей понятие о ценности водных ресурсов!
    Впрочем, не так уж все было и плохо: не свирепствовала пыльная буря, не торчали из земли "острые как ножи" корни саксаула и не развевались над юртами коричневые флаги.
    Через какое-то время появилась возможность выбраться из заполненного песком оврага и ехать рядом с ним, пересекая лишь многочисленные мелкие промоины, и маневрируя (не всегда успешно) между кустами верблюжьей колючки и пучками солончаковой травы, торчащими как стальная проволока.

    Долгожданная река возникла перед нами довольно неожиданно. Несколько километров мы тащились по песку,- и вдруг резко оказались перед маленьким мостиком. Быстрый мутный поток шириной полметра и глубиной сантиметров тридцать резво пересекал дорогу. Речка была очень похожа на среднеазиатский арык и по любым характеристикам не могла соперничать с озером Байкал, но все равно, это была вода, и когда я в нее лег, наступил верх блаженства. Воду для питья мы все же решили профильтровать.



    Пока мы обедали и отдыхали под палящим солнцем, мимо проехал хороший японский джип. На пассажирском кресле сидел белокурый иностранец; он тускло улыбнулся, чуть скривив рот, и слегка кивнул, не открывая окна, чем вызвал всеобщее наше презрение. Наверное, блондин заподозрил в нас автостопщиков.
Потом появились два монгола на мотоцикле. Помыли ноги, попили воды, покурили и исчезли. Следом подъехал еще один мотоциклист. Мы в это время обедали и, из вежливости, пригласили его присоединиться. Монгол, видимо тоже из вежливости, молчаливо согласился, все съел и также, не проронив ни слова, уехал.
    Таких коротких неожиданных свиданий, небольших событий и мелких приключений в течение дня накапливалось достаточно много, и это позволяло нам в большей степени почувствовать себя все-таки путешественниками, нежели спортсменами.
    От места ночевки до реки мы проехали более 50 км и потеряли по высоте почти полтора километра (если точно: 1400м).

    После сомнительного отдыха в тени тощих велосипедов мы продолжили путь, и двигались до самого вечера. Жара не спадала, пить хотелось безостановочно, и тут произошла еще одна памятная встреча. Перед нами остановился черный Land Cruiser, из него вышел улыбчивый монгол, щедро раздал нам бутылки с прохладной минералкой и протянул коробку с печеньем. Как голодные беспризорные дети мы жадно расхватали угощенья, потом немного пообщались, сфотографировались, обменялись электронными адресами и разъехались. Какой хороший человек! Сотрудник монголо-австралийской угольной компании!



   На этом встречи с местным населением на сегодня не закончились. В половине девятого вечера мы съехали с дороги, чтобы остановиться на ночлег, и не успели еще даже распаковать рюкзаки, как к нам стали подруливать пьяные мотоциклисты из близлежащей деревни Быгэр. Гостям явно хотелось отдыхать и общаться, но никто из них не был в состоянии что-то внятное произнести даже на своем родном языке. Поэтому диалоги получались натянутыми и бессодержательными, но, к счастью, мирными и непродолжительными.
Когда последний гость уехал, к нам вернулось прекрасное настроение и мы, испытывая радость разлуки с быгэрцами, приготовили ужин, сварили компот и встретили ночь в тишине и покое.



19  августа. 3-й день маршрута
Быгэрцы и чандмане

    Когда находишься в чужой стране, всегда возникает необходимость и желание узнать хотя бы отдельные слова из местного языка и обязательно их использовать. Наша речь постепенно обогащалась, и мы чувствовали себя все более и более образованными и культурными людьми.

    - Эй вы, прожорливые быгэрцы! Перестаньте храпеть,- уснуть невозможно! А то щас выйдем,- отдаланзагадим вас!
    - Это лучше вы, чандмане немытые, закройте свои хэрмэнцавники! Нажрались всякой хурги, теперь воняете, как верблюды!
    - Еще хоть звук,- и сравняем ваш матерчатый гер с Гоби!
    - Мы вас щас самих с говью смешаем!


Наверняка, тут нужны пояснения. Пожалуйста:
Гер - юрта;
Говь - безводная местность;
Гоби - это вы уже знаете;
Хэрмен-Цав - это вы скоро узнаете;
"Вонять как верблюд" - этого вам лучше вообще никогда не знать;
Хург - национальное блюдо из мяса;
Даланзадгад - название города, конечный пункт маршрута;
Быгэр, Чанд-Мань - названия сомонов (деревень), которые мы проехали 19-го и 20-го августа.



Прохладная встреча после жаркой ночи

    Ночью было очень тепло, можно даже сказать, жарко, особенно по сравнению с предыдущим ночлегом в горах. Таким же теплым было утро.
Пока мы неспешно укладывали рюкзаки, на лагере, вновь явились быгэрцы. Это были вчерашние гости, только теперь с детьми. На одном мотоцикле они приехали впятером: двое мужчин и трое чумазых мальчишек устроились у нас на "кухне" и стали наблюдать за сборами.



    Как-то само собой так вышло, что гости сначала попили чаю, потом компота, а затем съели вываренные сухофрукты.

    Перед тем, как ехать дальше мы пополнили запасы воды. Источник находился неподалеку от места ночевки, но был скрыт среди кочкарника и высокой травы, так что без помощи местного мальчишки на лошади мы бы его не нашли.
Плоская каменистая равнина, по которой пролегал наш путь, была практически лишена растительности. Из голой земли, укрытой мелким гравием и песком, лишь изредка торчали пучки травы. Параллельно дороге, на большом от нее удалении тянулась высокая горная гряда.



    Через несколько километров мы въехали в сомон Быгер. Место, где расположилась крошечная деревня, ничем не выделялось из окружающего пустынного ландшафта: такая же каменистая пыльная голая земля, без единого деревца или кустика. Непонятно, почему именно тут люди решили построить дома.



    Вся деревня - это одна улица с небольшим количеством скромных каменных построек и юрт, за высокими деревянными заборами. Мы посетили пару торговых лавок, купили какие-то продукты. Самым любопытным приобретением стал зеленый плиточный чай - наследие советских времен. Брикеты с вытесненными на них грузинскими письменами, состояли из прессованных листьев, размолотых ветвей и, возможно, корней какого-то кустарника. Почти все из нас загорелись идеей привезти из Монголии экзотические брикеты в качестве раритетных сувениров.


Позади Быгэр, где-то впереди Чанд-Мань


Настоящие миражи и не настоящие оазисы

    Уже третий день ветер благоприятствовал нашему движению на восток. Причем он дул с таким напором, что оставалось, только радоваться его направлению. При этом все равно было очень жарко. В смысле температуры воздуха, скудости растительности, сильного ветра и всякого отсутствия воды это была настоящая Гоби. Единственный, встретившийся нам по дороге колодец, оказался заброшенным, с заплесневелой водой. Для полного ощущения пустыни не хватало только миражей.
    Вскоре появились и миражи. Ближе к полудню воздух до того накалился, что над поверхностью земли зародилось дрожащее знойное марево. Дорога повернула и потянулась вверх, к горному массиву, очертания которого на наших глазах вдруг стали изменяться и деформироваться. В колышущемся горячем воздухе подножия дальних вершин плавились и растекались "озерами". Следом и верхушки гор, торчащие "из воды" тоже растворялись и исчезали, будто тонули в озере. Мы перестали верить в реальность того пейзажа и тех предметов, которые наблюдали. Далеко внизу, в долине периодически, как привидение, то проявлялась, то вновь рассасывалась группа деревьев, и мы теперь сомневались: мираж это, или на самом деле островок растительности.

    Привал был намечен у реального оазиса - крупного источника, обозначенного на карте. Энергия в мышцах давно иссякла, и лишь мысль о воде и скором обеде заставляла двигаться дальше. Мы миновали перевал с бурханом и несколькими плиточными могильниками и, наконец, оказались на месте. На пологом склоне рядом с дорогой зеленел влажный травянистый кочкарник, истоптанный и загаженный животными. Экскрементов тут было много и разных, воды - никакой. В недоумении побродив по мочажине, и не веря глазам своим, мы вернулись к велосипедам с предположением, что подлинный оазис находится чуть дальше. Очень скоро нам встретился пастух, и у нас появилась надежда, что наши умозаключения верные. Мы спросили где "ус", монгол махнул рукой вперед.
    Через несколько сотен метров у дороги появился отворот, который вдоль зарослей высокой сухой травы привел нас к другой мочажине. Она была больше и гораздо мокрее первой. Между кочками даже стояли лужи воды. Соответственно она была еще больше загажена и сильнее воняла. То, что именно это и есть подлинный оазис, сомневаться не приходилось, поскольку рядом был построен загон для скота и загородка для сена. Потоптавшись по липкой грязи, мы даже нашли проточное место, но воду брать оттуда не рискнули, решив обойтись собственными запасами.
    На обед был некий химический препарат в пакетиках под названием "суп вермишелевый с мясом". Похлебав кислотной жидкости, мы заторопились прополоскать рот зеленым чаем. Заварили в котелке кусочек брикета, и испили диковинного мутноватого настою, от которого все пришли в восторг и единодушно решили, что чай достоин быть привезенным Читу.

    Все знают, что на природе любая еда кажется вкуснее, чем дома. А с возрастанием физической нагрузки стремительно развивается способность "жрать все подряд". Пять-шесть дней тяжелого похода достаточно, чтобы начать искренне восхищаться вкусом плесневелого печенья и радоваться соевому мясу, отвратительные куски которого еще буквально вчера незаметно выкидывал из миски. Чем изнурительнее странствие, и чем меньше еды в тарелке, тем более мерзкую пищу может проглотить путешественник. Лишь однажды в каком-то походе после крайне неудачной дегустации я решился собственными руками выбросить сильно просроченные, совершенно гадкие каши для туристов, да и то потому, что кроме них у нас с собой было еще пол рюкзака не менее паршивой колбасы. Когда я избавлялся от жутких пакетов, мой друг посоветовал их сжечь, чтобы лесные звери случайно не наелись отравы.
    Как бы там ни было, но чай всем сильно понравился. Причем он оказался тонизирующим, и я ощутил явный прилив сил. А вот кислотный суп, способный разъедать, как мне показалось, алюминиевые ложки, решено было оставить только на самый черный день, потому что риск испортить свой организм "вермишелевым реактивом" был не меньше, чем попробовать напиться из мочажины.
    После отдыха мы с энтузиазмом рванули вперед, потому, что через пять километров по карте была обозначена река!



Голые велосипедисты

    Река оказалась просто волшебной. Размерами она не превышала вчерашнюю, но зато была прозрачной и чистой.
    Собираясь в экспедицию, каждый старался минимизировать вес груза. Я даже отпилил ручку у зубной щетки. Мыла решили, что будет достаточно одного куска на троих. Теперь те счастливцы, у которых оно было, не теряя ни минуты, голышом кинулись к воде. Остальные наполняли бурдюки или просто остужали тело в ручье.
    На берегу стояло несколько юрт. От них к реке потянулись местные зрители. Они усаживались на пригорке поблизости от наших велосипедов, а одна из любопытствующих,- пожилая хромоногая монголка присаживаться не стала. Ковыляя по берегу, она делала вид, что просто дышит свежим воздухом. Хотя дама и выглядела дряхлой старухой, но душой, видать, была еще молода, судя по ее живому интересу к нашим голым задницам. Никто из нас не стал прятаться и надевать штаны, потому, что, во-первых,- это было бессмысленно (тетка уже и так все рассмотрела), а во-вторых - вовсе и не стыдно (мы же не гимназистки!).

    Относительно чистые и абсолютно счастливые мы продолжили путь, но пыльная дорога сразу от речки круто взяла в гору, и ощущение легкости и свежести продлилось недолго. Следующие десять километров непрерывного взлета, даже при сильнейшем попутном ветре, оказались более чем утомительными, притом, что подъем осложнялся вынужденными техническими остановками - Артём порвал цепь. Вечером я записал в дневнике: "...если бы не попутный ветер,- вообще бы сдохли".

    Проехав за день 48 км, мы поднялись в горы на 600м до отметки 1990м.
Вдоволь накрутившись педалей, мы остановились на ночлег в горной теснине, под живописными каменистыми склонами на берегу сухой реки.


Осталось 500 метров до ночлега


    Плиточные могильники рядом на пригорке свидетельствовали что, это симпатичное место уже издавна кому-то приглянулась.

    Опасаясь сильного ветра ночью, палатки поставили с полной растяжкой и обложили камнями. Но после захода солнца ветер успокоился, и всю ночь было тихо и тепло (17-18 градусов).
    С вечера наварили так быстро полюбившегося нам плиточного чая, чтобы утром разлить его по фляжкам. Решили, что дежурные теперь будут вставать в пять утра, а через час будить остальных, чтобы трогаться пораньше и двигаться дольше, до наступления дневной жары



Продолжение.Часть 3

Содержание

Г-ЭКСПЕДИЦИЯ. "Записки Восьмого" (Гобийская экспедиция- 2007) Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7
Часть 8
Часть 9
Часть 10
Часть 11
Часть 12
Фильм о Г-Экспедиции


Tags: Гоби-2007
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment