lesnyanskiy (lesnyanskiy) wrote,
lesnyanskiy
lesnyanskiy

Categories:

Приключения иностранцев на Байкале. (записки гида) (3)

Первая история и вообще в чем смысл рассказов - узнать здесь.
Вторая – здесь.


История третья.

Станислав Леник
Блицкриг Домбровского.

(«блицкриг» – нем. – молниеносная победная война)

    Дело было летом безумного 1996 года. В туризме я тогда временно не работал – захлестнула жажда наживы. Спекулировал потихоньку телевизорами, зарабатывая на квартиру и машину, ибо на это в туризме, хоть лоб расшиби, не заработаешь. Но народ по инерции ехал.
   
     Раз просят меня принять двух транзитников из Германии, едут на полгода в Китай и Монголию, и надо их дней десять на Байкале поболтать. Бюджет у них был слабенький, дорога впереди большая, в общем, выкручивайся, как хочешь.
    Встречаю, два таких племенных немецких битюга, за 2 метра ростом, ребята хорошие, работяги, один – Райнер, в Штутгарте «Мерсы» для нашей мафии проектирует, другой – Иахим, студент. Развеяться решили на полгодика. Малопьющие. «Айн тринк», и все тут. Ладно, перевоспитаем.
На Кругобайкалке тогда готовилась к запуску турбазы, завозили туда продукты, спиртное, наняли повариху с кастеляншей, а подсобным рабочим туда на лето поехал мой друг, Игорь Домбровский (в миру Домбрович), шурин упомянутого выше Володи, и приятеля с собой прихватил. И живут они там уже неделю, готовятся к приезду туристов.
    Мне с немцами ехать некогда, бизнес горит, я везу их в Листвянке, нанимаю катер, капитану даю указание доставить на КБЖД и сдать Игорю лично в руки, что бы тот обогрел, накормил и обобрал.
Проходит 5 дней, и наступают выходные. Решаю я забрать своих немцев, пропитались, думаю, Байкальскими ветрами.
    Садимся мы с Володей Баландиным в Иркутске на турпоезд выходного дня, следующий на КБЖД (в народе «дурпоезд» – и не зря) – и едем. В дороге крепко выпили, и проснулся я оттого, что трясет меня Володя, уже побывавший на турбазе. – Пойдем, - говорит, - полюбуешься на клоаку! Какая, думаю, клоака, и с любопытством иду. Боже! Эти черти стащили все койки в одну комнату, составили из них великолепную шведскую кровать и спят вшестером. В воздухе стоит крепкий дух перегара и разврата. С краю лежит Иахим, голый, в горных ботинках и очках. Я его трясу, он просыпается, долго непонимающе на меня смотрит (видимо, что я делаю в его родном Штутгарте), потом соображает, и говорит: «Гутен морген, Станислав» и заученным движением достает из-под кровати открытую!!! бутылку шампанского, с полбутылочки высасывает, не вставая, и на ломаном английском мне поясняет:
«Мы с вечера всегда шампанское открываем, что бы с утра пузыриков не было». Бужу Домбровича: – Ты, говорю, извращенец, что мне с немцами сделал!?». А чо, – отвечает, – классные ребята, не по руски только трещат постоянно, и девок наших стесняются, может, голубые!? У тебя, кстати, деньги есть, а то водка кончилась?
    Деньги были, а водка ближайшая была на 107-м километре (мы были на
98-м). В лодке мотор поломан, решили ехать на железнодорожной тележке (та что в первом рассказе к «транссибирскому экспрессу прицеплялась»).
    Принцип движения такой – вся компания с гитарой и пивом (а после покупки с водкой) садится на тележку, а двое бегут, ее толкая, метров 100, разгоняют и запрыгивают. Тележка метров двести-триста с грохотом по инерции едет, потом снова спрыгивают и снова разгоняют. Средняя скорость получается километров 10 в час (после водки до 20-25 км/ч).
    Ставим телегу на рельсу, водружаемся. Домбрович командует – «Пусть немцы толкают, вон какие ряхи наели на своей колбасе!» Хотя ради справедливости надо бы признать, что у Домбровича ряха тоже ничего.
    В общем, стартовали, но дело идет худо, немцы потом обливаются, а телега еле едет. Присмотрелся, а подлец Домбровский зажал рычаг ручного тормоза и не отпускает. «Игорь! – укоризненно, сквозь смех, говорю – что ты делаешь, им же тяжело!?». – «Ага, а дедам нашим, в сорок первом, значит легко было! – пусть пашут!». Народ с телеги, естественно, попадал со смеху в разные стороны, и дальше мы поехали очень весело и очень быстро.
    Ездили впоследствии за это день мы «нишьт айн маль (и не раз), так как на обратном пути водка почему то выпивалась. «Дикари», живущие на берегу в палатках, крайне радовались, когда в очередной раз с песнями и плясками, с жутким грохотом, проносилась безмоторная чудо-тележка.
    В общем немцы в Сибирь влюбились и слово «похмелиться» произносили любовно и нежно, как слово «фатерланд» (родина).

    Впоследствии в Иркутске нас забрали в ресторане «Интуриста» в милицию, так как немцы сильно матерились.
Tags: Байкал
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments